С 1952 по 1957 на весь город Беер Шева и значительную часть Негева была одна(!) врач-педиатр. Звали ее Вильгельмина Коэн. Без выходных, без отпусков, да поспать-то нормально не особенно удалавалось. Доктор Вильгельмина отвечала за недошенных младенцев (neonatal ICU – дело далекого будущего) и часто проводила вскрытия потому что “детского” патологоанатома то же не было. Лишь в 1957 в Беер-Шеву приехал еще один педиатр.

Вильгельмина Коэн родилась в 1916 в еврейской семье – чур не падать – в Индонезии. Ее родители, голландские евреи, работали там на колониальную администрацию. По всему архипелагу жило порядка двух с половиной тысяч евреев, в основном из Нидерландов.

В 1935 Вильгельмина отправилась в Амстердам учиться медицине. Ее обучение прервала война. Всю немецкую оккупацию она скрывалась, а после победы союзников вернулась доучиваться. В 1948 получила диплом врача-педиатра, некоторое время работала в провинциальной больнице, а в 1952 эмигрировала в Израиль. Через неделю после прибытия, буквально с корабля, не знавшую ни слова на иврите Вильгельмину отправили в Негев, в больницу которая тогда еще не называлась Сорокой, а называлась Медицинский Центр Негева.

В 1952, когда доктор Вильгельмина взялась за основание педиатрического отделения, в Беер Шеве жило 14500 человек, а вокруг кочевало еще двенадцать тысяч бедуинов (тех кого смогли посчитать). Скоро прибавились новые “города развития” – Нетивот, Офаким и т.д. На всех этих людей больница располагала пятьюдесятью койками, из них двадцать детских. Кроватей отчаянно не хватало. Маленьких пациентов клали на кровать поперек по двое-трое и разделяли какими-то занавесками из простыней. В октябре 1959 газета “Давар” с возмущением писала что в больнице обслуживающей весь Негев до сих пор нет кондиционеров. В том же году было построено новое здание и там наконец каждый ребенок в педиатрическом отделении получил собственную кровать.

За два года до этого, в 1957 году, беер-шевская больница получила второго педиатра, доктора Амирама Йосефа. Наконец доктор Вильгельмина Коэн была не одна. В отличие от Вильгельмины, доктор Йосеф происходил из элитной семьи. Его отец, Дов Йосеф, был известным адвокатом и министром в нескольких ранних израильских правительствах. Больше всего его помнят как архитектора карточной системы начала пятидесятых. Понятно что сын такого человека мог выбрать в какой больнице ему работать, ему везде были бы рады. Решение Амирама поехать работать в Негев было глубоко личным. Во время Войны за Независимости в Негеве погибла его сестра, боец Пальмаха Лила-Наоми. И Амирам решил что поедет поднимать медицину в тот регион за который она погибла. Привыкать к Негеву было нелегко. Жена Амирама, Цафрира, в 2018 году рассказала изданию “Калькалист”: “Негев это был один большой шок. Мы въехали в маленькую амидаровскую квартирку. Там постоянно были песчаные бури. Я только тем и занималась что постоянно выметала из квартиры песок. К счастью мне предложили провести пробный урок в местном ульпане. После урока директор сказал “мы берем тебя на работу”. Так мы и втянулись и потом вдруг обнаружили что Негев это наш дом”.

Когда в начале семидесятых был основан медицинский факультет университета Бен Гуриона, доктор Вильгельмина начала там преподавать. Из Сороки она ушла на пенсию в 1977, но продолжала вести прием в детской поликлинике в Офакиме. В 1991 получила звание “Почетный гражданин Негева”. Умерла доктор Вильгельмина Коэн в 2000, в возрасте 84 лет.

.

1) Доктор Вильгельмина Коэн не любила фотографироваться, поэтому – газетная фотография, которую пришлось окрашивать с помощью ИИ.

2) Центральная больница Негева, 1952 год.

3) Амирам Йосеф в детстве с мамой Голдой и сестрами Лилой-Наоми и Альмой. Иерусалим 1928-1929. Лила-Наоми держит маму за руку.